Ведьмин альянс

[Нерон]

Глава 5 Опасная женщина
Та женщина никак не выходила у Антона из головы. Кто она? Сколько ей лет? Кем она работает? Замужем или нет? Есть ли у нее дети? Кто тот мужчина, который уезжал от нее поздно ночью? Ее телефон он сохранил в контактах. Очень хотелось встретиться с ней еще. Но как? Позвонить ей? И что ей сказать? Вспомнит ли она его вообще? Скорее всего, она про него и думать забыла. Так может, и ему лучше просто забыть ту встречу? Считать, что ничего не случилось, и все. В реальности ее образ крепко засел у него в голове.
В таких случаях рекомендую отвлечься. Переключить внимание на что-то еще. Вопрос, как. Человеческий мозг – не компьютер, который можно просто взять и выключить, нажав «завершение работы».
Как и любого мужчину, оказавшегося в подобной ситуации, Антона интересовало, а что же она думает о нем. И думает ли вообще. Для большинства мужчин правильный ответ – нет, не думает. Как говорится, с глаз долой – из сердца вон.
Но в случае с Антоном все было не так просто. Если бы он узнал больше, то очень удивился бы. Марина могла бы рассказать очень много необычного. Разумеется, если бы у нее вдруг возникло такое желание. Это в корне изменило бы привычную для него картину мира.
Вселенная исполняет наши желания намного чаще, чем мы думаем. Просто в большинстве случаев делает это чисто формально. А иногда дает человеку шанс, как будто кто-то, отвечающий за исполнение желаний, хочет посмотреть, как этот человек будет действовать.
Антон захандрил. Если раньше он только и думал о том, как бы урвать лишний рубль, то теперь работал чисто механически, как зомби. Маленькие жизненные радости вроде чашечки кофе или футбола казались какими-то пресными, словно из них убрали что-то важное. Да что в этой женщине такого особенного? Он и видел ее всего один раз в жизни. Тогда почему его так зацепило? В конце концов, она могла бы оказаться жуткой занудой. Стервой. Фригидной. Конченой шлюхой, готовой переспать с кем угодно, а заодно и заразить кое-чем. Просто психически больной особью.
Тем не менее, Антона непостижимым образом тянуло к ней. Он не считал себя каким-то особым бабником. Как и у любого мужчины, в его личной жизни победы чередовались с поражениями. Обычно, если с какой-то женщиной случался облом, в скором времени он ее забывал. Как говорится, с глаз долой, из сердца вон. Однако эта женщина почему-то сильно запала в душу.
Через пять дней он решил устроить себе выходной и напиться. Любители выпить называют это «снять стресс» или «расслабиться». В ожидании заказа он стоял на одной из центральных улиц. В этот момент мимо проходил одноклассник Паша Горбунов. В такой ситуации встретить Горбунова было все равно, что встретить психоаналитика высокой квалификации. Он мог расположить к себе кого угодно. И поведать ему можно было все, что угодно.
В школе Горбунов был из тех парней, которые постоянно придумывают всякие оригинальные приколы. Про таких часто говорят «человек без тормозов». Обычно в любом мужском коллективе такие парни становятся «своими в доску».
После десятого класса Горбунов поступил во ВГИК. Все думали, что он станет великим актером. Но неожиданно после первого курса его выгнали. Он попал в армию. Там загремел в дисбат и вместо двух лет отслужил четыре. Потом подался в Питер. Сменил кучу работ от охранника до коммерческого директора и от коммерческого директора до грузчика. И вот, вернувшись в родной город, раздумывал, чем заняться. Родительскую пятикомнатную квартиру в центре он частично пропил, частично потратил на уплату долгов от неудачной коммерческой деятельности.
 - Да гори оно все огнем – сказал сам себе Антон. Все равно всех денег не заработаешь, зато можно запросто подорвать себе нервную систему.
А вслух он сказал - Давай только машину в гараж поставлю.
Из гаража они транзитом через супермаркет направились к Горбунову, который обитал в однокомнатной квартире, оставшейся в наследство от бабушки.
Сначала он решил ничего не говорить про Марину. Смысл об этом рассказывать? Выпили по одной. Пошли за второй бутылкой.
 - За исполнение желаний – с многозначительным видом произнес Горбунов.
Дальше Антон уже и не помнил. Проснувшись, понял, что остался ночевать у школьного товарища. На телефоне значились два пропущенных звонка от Марины. Поначалу он подумал, что это продолжение сна. Потом понял, что это не сон.
На опохмел взяли чекушку водки, и по бутылке пива. Нужно же и меру знать.
 - Мне нужно привести себя в товарный вид – заявил Антон.
 - Намечается что-то интересное? – понимающе усмехнулся Горбунов.
 - Похоже, что да.
 - Это та мадам, про которую ты вчера рассказывал?
 - А что я про нее рассказывал?
 - Да я уже особо и не помню.
Он перезвонил.
 - Привет, Антон. Мне нужна ваша помощь.
 - Какая помощь? То есть, если надо, то я могу.
 - Я хочу съездить в компьютерный магазин, купить себе компьютер.
 - Хорошо. А когда?
 - После обеда вам будет удобно? Где-то так, часа в три.

Вообще она могла бы просто вызвать такси. Или заказать компьютер через интернет, с доставкой на дом. Так что же, получается, она тоже хотела повидаться с ним и вот, нашла повод?
В три часа он ждал ее возле подъезда. Наконец, она вышла. В том же красном плаще, изящных туфельках на шпильках, и в телесного цвета колготках. Она выглядела, как столичная актриса, решившая посетить провинциальный город. Пасмурный день сразу сделался ярче.
 - Куда нужно ехать?
Она назвала магазин, располагавшийся в крупном торговом центре. Там продавали компьютеры, телевизоры, всевозможные электротовары и еще куча всего.
На дорогу, ушло меньше десяти минут. Какой русский не любит быстрой езды. Тем более, когда хочется произвести впечатление на красивую женщину.
 - Мне ждать тут или пойти с вами? – припарковавшись, спросил он.
 - Вообще-то одна я его не донесу.
Снаружи торговый центр напоминал гигантский сарай. Внутри он оказался еще объемней. Такой себе, город в городе.
Отправившись за хлебом и сосисками, можно купить продуктов на пару недель, кучу косметики и парфюмерии, забронировать путевку в Турцию или в Египет с авиабилетами вместе, полностью обновить гардероб, поменять мобильный телефон на более новый, поесть в ресторане и вообще занять себя на целый день.
Марина, периодически останавливаясь, разглядывала товар на витринах. Словно давая Антону возможность рассмотреть себя.
В компьютерном магазине к ней сразу же подскочил профессионально улыбчивый продавец-консультант.
 - Чем я могу вам помочь?
 - Мне нужен компьютер.
 - Какой? Для дома? Для офиса? Для игр?
 - Для дома. Но, честно говоря, я в компьютерах не разбираюсь.
 - Ничего. Я вам помогу.
И, действительно, через некоторое время он подобрал для Марины компьютер и монитор.
В доме старой постройки лифта не было. В трехкомнатной квартире на третьем этаже царил некоторый беспорядок. Антон подумал, что в коридоре не мешало бы поменять линолеум и поклеить другие обои. Возможно, она не очень хорошая хозяйка. Но что-то подсказывало, что она хороша в другом.
Сняв плащ, Марина осталась в довольно коротком сиреневом платье с глубоким декольте. Он занес компьютер в комнату, где стояли стол и два шкафа с книгами.
 - Будете кофе? – предложила она, когда заплатила деньги, чуть больше, чем следовало бы заплатить за такой заказ.
Когда, наклонившись, она наливала ему кофе, ее бюст оказался прямо перед ним. Она улыбалась ему так, словно их уже связывали близкие отношения. Что делать? Спросить, что она делает завтра вечером? Обнять? Словно невзначай, положить руку ей на коленку? Стать позади нее и поцеловать в губы? Антон не считал себя стеснительным, но сейчас впал в какой-то ступор.
Уже возле двери он решился и предложил ей завтра сходить в кафе. Марина посмотрела на него и улыбнулась.
 - Боюсь, завтра я не смогу. Перезвони послезавтра.

[Нерон]

С Магой она переспала на втором свидании. Позволила завести себя к нему на дачу. А потом поехала с ним в загородный отель. Но у дагестанца были другой склад характера и другая энергетика. Она заранее знала, как станут развиваться их отношения. Секс раз в неделю, потом раз в две – три недели, потом еще реже. Потом – когда про нее вспомнит. И ее это вполне устраивало. Первые несколько раз она возьмет с него Силу. После этого он станет для нее неинтересен.
Внезапно у нее появилось ощущение, что за ней наблюдают. Такого быть не должно. Не считая случая с Иваном, она нигде не накосячила. Да, пила кровь у Маги. Но это сущие мелочи, на такое инквизиторы закрывают глаза. А охотники за вампирами никак не смогли бы так быстро выйти на ее след. Тем не менее, она ощутила тревогу, и, попрощавшись, зашла в подъезд.
Следующие два дня она не выходила из дома. Когда Антон звонил, говорила, что приболела. На третий день согласилась поужинать с ним в ресторане.
Он хотел шикануть, но она попросила себе только бифштекс по-татарски и немного красного вина.
 - Я ем и пью мало. Ты что, забыл?
Неожиданно Марина почувствовала сильный страх. В полутемном зале ресторана словно повеяло холодом.
Пройдя через весь зал, он сел за их столик. Высокий, очень худой мужчина в черном плаще. Ну, вот и все – вихрем пронеслось у нее в голове.
 - Вообще-то, у нас занято – сразу напрягся Антон.
 - Да, неужели? – незнакомец чуть заметно улыбнулся.
 - Я неясно сказал? Может, выйдем?
 - Подожди, Антон - Марина тронула его за руку – Все хорошо.
Незнакомец ухмыльнулся.
 - Не бойся, Антон. Я не обижу твою хозяйку. Но нам с ней нужно поговорить. Так что, будь добр, погуляй пока.
 - Все нормально – она кивнула – пожалуйста, выйди пока на улицу. У нас важный разговор.
Он нехотя поднялся и направился к выходу. Но почему «хозяйку»? Что за прикол?
 - Что тебе нужно, Георг?
 - А ты, вроде как, мне не рада?
 - Сам-то как думаешь? Встреча с куратором обычно не к добру. Но я ничего не нарушила. Хотя бы потому, что банально не успела. Тебе следовало подождать, пока нарушу.
 - Ах, Марина. Как говорится, было бы тело, а дело пришьем. Но я здесь не за этим.
 - Тогда зачем?
 - Обычная проверка. Заодно взял для тебя вот это.
Он достал из кейса и протянул ей письмо. Пробежав по нему глазами, Марина вздрогнула. Вот и конец ее вольной жизни.
 - Значит, вы подобрали для меня семью? – переспросила она.
Инквизитор пожал плечами.
 - Таковы новые правила. Понимаю, что все вампиры по природе закоренелые эгоисты, но вам лучше держаться вместе. Тем более, в нынешние непростые времена.
Вообще-то, этого и следовало ожидать. Значит, теперь семья будет контролировать ее, словно девочку. И ее саму будут контролировать через семью. Марина хотела хотя бы первое время пожить свободно, но все хорошее рано или поздно заканчивается. Свобода рано или поздно трансформируется в диктатуру.
 - Что за семья хоть?
 - Нормальная вампирская семья. Очень порядочные вампиры. Они тебя уже ждут.
 - И когда я должна там появиться?
 - Желательно на днях.

 - У тебя все нормально? – спросил вернувшийся в зал Антон, буравя глазами Георга.
 - Да, мы уже почти все обсудили – бодро заверила Марина.
Георг чуть заметно кивнул. Если бы взглядом можно было стрелять, он давно бы уже валялся с дырой в голове.
 - В общем, я передал то, что должен был передать. Если будут какие-то вопросы – обращайся. А теперь, разрешите откланяться.
 - Кто это был? – спросил Антон, буравя спину удаляющегося куратора.
 - Коллега по работе.
Ей вообще очень редко когда хотелось выпить. Даже полусладкое вино для нее слишком крепкий напиток. Но сейчас ей вдруг почему-то захотелось напиться в хлам.
 - Возьми мне двести граммов коньяку – попросила она.
 - Что-то случилось?
 - Да, так, небольшие трудности.
Коньяк чуть согрел ее изнутри. Она ощутила прилив нежности к сидящему рядом мужчине.
 - Антоша, ты такой классный. Мне будет тебя не хватать.
Обняв его, она чуть не упала вместе со стулом.
 - Что значит, не хватать? Ты уезжаешь?
 - Пока нет. Но очень скоро вся наша жизнь очень сильно изменится. Ты даже не представляешь себе, как сильно.
 - Да, не волнуйся ты. Я же с тобой. Куда я денусь?
 - Ты – денешься. Ты не понимаешь, что все может быстро кончиться.
 - Все будет хорошо.
Кто бы знал, как ее бесит эта фраза. Все будет хорошо. Ты пророк? Ты знаешь, как все будет, хорошо или плохо? Если ты такой умный, то иди, играй на валютной бирже. Или делай ставки в букмекерской конторе. Ты не знаешь, что с тобой произойдет через несколько минут. Выйдешь, а с крыши тебе на голову свалится кирпич. Или сосулька. И вот она в очередной раз слышит бодрое «Все будет хорошо». Что ж. Все будет хорошо. Еще какое-то время. А потом вообще все. Конец всему. Генеральная уборка. И затем начало нового мира. Знать бы еще, какого… Хотя бы из любопытства. Даже самые примитивные из людей ощущают, что мир меняется. Так уж говорить про иных.
Возле дома Антон стал целовать ее в губы. А она стояла, как манекен. После беседы с Георгом на нее накатила апатия. Ее кавалер, напротив, сгорал от желания. Гормональный угар – как раз то, что делает человеческую кровь целебной и такой приятной на вкус. Именно ради этого и строится вся вампирская игра. Только теперь даже это ее совершенно не радовало. И не возбуждало. Словно что-то переключилось у нее в мозгу. Как будто она и вовсе перестала быть вампиром, превратившись в самую обыкновенную женщину, к тому же, еще и фригидную.
Уже в коридоре он принялся ее раздевать. Она сама не поняла, как оказалась в постели голая. Но даже сейчас не почувствовала возбуждения. Ни как вампир, ни просто, как женщина.
А вот Антон старался вовсю. Ему очень хотелось показать себя перед ней сильным мужчиной. Старое, как мир мужское желание, производное от инстинкта доминирования, присущего стадным животным.
Сперва она лежала с безучастным видом. Потом решила подыграть ему. Мужчина, все же, старается. И потом, ей самой не мешало бы отвлечься от мрачных мыслей. Интересно, что люди часто используют секс как средство для снятия стресса. И, говорят, что им это помогает. Но у людей все устроено не так, как у вампиров, а совершенно иначе. Хотя, половые органы имеют идентичное строение.
У вампиров секс не является самоцелью. Так, небольшое приятное дополнение, да и то не всегда. Главное, это вызвать у человека выброс определенных гормонов. Без этого вампир быстро состарится. Поэтому вампир и подстраивается под человека. Пытается понять, что данному конкретному человеку хочется. Что способно его возбудить, а что может оттолкнуть. Важно с самого начала вызвать у человека симпатию, а еще войти к нему в доверие.
Половое влечение определяет, главным образом, человеческое подсознание. А еще на подсознательном уровне человек мыслит образами. И здесь очень важно в нужный образ попасть. Где-то глубоко внутри сидит образ идеального полового партнера. Какая она, эта женщина? Какая у нее кожа? Какие волосы? Какие глаза, губы? Фигура. Ноги. Многие внешние признаки сигнализируют о том, какое у человека здоровье и, опять же, нет ли у него в этом плане каких-либо генных отклонений. В природе выживать должен сильнейший. Не в плане, что наиболее агрессивные особи, которые уничтожат всех. Нет. Наиболее живучие и те, кто лучше всех умеют приспосабливаться к меняющейся среде обитания. Умение приспосабливаться, это как раз то, что сделало человека царем природы. Обучаемость. Способность оценивать ситуацию, то есть, думать. Быстрота реакции. Способность быстро принимать решения. Убегать или сражаться. Попытаться напугать врага или притвориться мертвым. С кем дружить, от кого держаться подальше. Под кого следует прогнуться. Кого можно легко прогнуть и потом использовать в своих интересах. А еще стрессоустойчивость. Способность в экстремальной ситуации не поддаваться панике.
Человек, это животное социальное. Для собственной выживаемости он должен не только быстро бегать и хорошо сражаться, но еще и хорошо уживаться в человеческом стаде. Таким образом, человек выбирает себе полового партнера с хорошими физическими и психологическими данными. Нельзя даже сказать, что важнее, поскольку важно и то, и то. Каждый мужчина носит в своем подсознании образ идеальной женщины. Ровно, как и каждая женщина носит в подсознании образ идеального мужчины.
Прежде всего вампиру следует подстроиться под этот образ. Человек должен увидеть в нем или в ней того, кто очень близок к его идеалу. Нужно дать человеку наживку, и подождать, пока он ее заглотит. Сначала – чисто внешняя привлекательность. Потом – эмоциональная близость. Человек должен думать, что между ними очень много общего. Что они подходят друг другу и физически, и психологически.
Нужно показать свою доступность. Человек должен удостовериться в том, что сладкая цель близка. Он должен тянуться к ней в полной уверенности, что сможет легко ее получить. И вот тут цель должна отодвинуться. Теперь человек должен за ней бежать. Но он не может бежать за ней вечно. Если цель будет только удаляться, человек может подумать, что цель недостижима, и переключиться на другую цель. Поэтому нужно снова сократить расстояние. Дать человеку понять, что к нему тоже испытывают симпатию. Как минимум. А дальше многое зависит и от него.
Нужно чувствовать человека, и постоянно контролировать психологическую дистанцию. Когда нужно, становиться ближе. Когда нужно – отдаляться. Поощрять правильное поведение. Наказывать за неправильное.
Вообще в жизни человека тебя не должно быть слишком много, иначе он просто не будет тебя ценить. Твое внимание должно быть в дефиците. А твою любовь нужно еще заслужить. Вот и пускай он думает на эту тему, то есть, о тебе и о ваших отношениях. Главная эрогенная зона человека, это мозг. Нужно только направлять его мысли в правильную сторону. А дальше человек будет накручивать сам себя и накрутит до такой степени, что не сможет даже нормально дышать.

[Нерон]

Сегодня Марина не планировала ложиться в постель с Антоном. Но после встречи с Георгом, она, что называется, поплыла. Чем, собственно, Антон и воспользовался.
Так что же, получается, что он меня изнасиловал? – не без иронии подумала она, когда он кончил. И, надо же, совершенно не думает о последствиях. Что часто случается с мужчиной в те моменты, когда он думает не головой, а другим местом.
Сначала она тихо постанывала. Потом стала стонать громче. Потом еще громче. Так, словно медленно умирала от страсти. Просто смешно, насколько доверчив может быть взрослый мужчина. Конечно, ничего подобного она к нему не испытывала, но что-то в ее душе шевельнулось. Наверное, что-то вроде благодарности за то, что он любит ее и готов о ней заботиться.
Антону хотелось думать, что он как следует удовлетворил эту женщину. А «эта женщина» всем, чем только можно, голосом, движениями тела, мимикой изображала дикую страсть. Это было мощно, хотя и примитивно. А главное, это работало. Он хотел ее все сильнее. И она сама почувствовала, как постепенно заводится. Кроме того, она почувствовала его состояние. Теперь его кровь стала такой, как нужно.
Он и она лежали, приходя в себя после безумной гонки, с тем, чтобы продолжить ее с новыми силами. Она почувствовала, что скоро все повторится опять. Антон смотрел на нее влюбленными глазами. Что ж. Похоже, долгожданный момент наступил.
 - Иди ко мне, милый – нежно прошептала она, подаваясь к нему и всем видом показывая, что хочет поцеловать его в губы. И за мгновение до того, как их губы слились в поцелуе, резко увернулась и припала ртом к его шее.
Антон спал, Марина лежала рядом и думала. Она еще и трех недель не прожила в Энске, но, тем не менее, куратор вышел на ее след практически сразу. Так что же, получается, в мире все до такой степени контролируется? А люди? Их-то контролировать гораздо проще, чем иных. Всех вместе и каждого по отдельности. Потому что люди существа стадные. Пусть даже эту стадность дипломатично именуют социальностью. Социальность – ничто иное, как стадность, выведенная на очень высокий уровень. Сама структура стада или стаи становится более сложной, и вот уже стадо важно именуется словом «социум».
Она посмотрела на Антона. Конечно, мужчины очень занятные существа. В зависимости от находящейся рядом женщины их самооценка может, как взлетать до небес, так и падать ниже плинтуса. Совсем вылетело из головы. Утром он проснется и захочет есть. А в холодильнике у нее одни только стейки, которые она время от времени ест в сыром виде. Ладно, для него она их пожарит. Брутальные мужчины любят мясо.
Примерно в половине девятого Антон зашевелился, и сразу недвусмысленно изъявил желание продолжить вчерашнее. Он тянулся к ней, как младенец тянется к матери. Только интересовала его не только материнская грудь, но также и еще кое-что.
 - Может, хотя бы поешь? – мягко заметила она.
Но он проявил настойчивость, и она решила уступить. Иногда мужчины ведут себя словно дети. Дай, и все. Иначе жизни не будет. Получит желаемое – будет абсолютно счастлив. Какое-то время. Лишится любимой женщины – получить тяжелый удар ниже пояса, который не всякий способен перенести.
 - А что у нас сегодня на завтрак?
 - У меня в холодильнике только мясо. Зато его много. Наверное, я не очень хорошая хозяйка. Хочешь, сходи в магазин, купи, что посчитаешь нужным?
 - Ты самая лучшая хозяйка. Сейчас оденусь и схожу.

Антон купил батон, помидоры, огурцы, апельсины, картошку, палку копченой колбасы, бутылку подсолнечного масла, большую пачку макарон, банку шпрот, пиццу, бутылку красного полусладкого вина, небольшой тортик и огромный букет роз.

Как будто собрался жить у меня неделю – подумала она, а вслух сказала.
 - Ах, какой же ты молодец.
Из купленных продуктов в ее рацион ничего не входило, но, тем не менее, приятно, что он проявил заботу. Только чистить и жарить картошку ей не хотелось.
 - Предлагаю ограничиться пиццей и салатом.
 - Ты обещала мясо – напомнил он.
 - И пожарю стейки.
Повязав на голое тело фартук, она стала к плите. И почти сразу почувствовала на ягодице его руку. Мальчику явно не терпелось вернуться в постель.
Перед тем, как сесть за стол, Марина сменила фартук на короткий черный полупрозрачный пеньюар. Они пили вино и целовались. Некоторые мужчины, переспав с женщиной, полагают, что теперь будут заниматься с ней сексом, когда захотят. Что ж, пусть почувствует себя альфа-самцом. Тем более, он как раз в нужной кондиции.
Антон повалил ее на диван. Ладно, пусть мальчик тоже получит удовольствие – подумала она, уступая его напору.
Она сидела за столом голая, он в одних трусах боксерах.
 - Мне кажется, в этот раз все было слишком быстро.
 - Все было великолепно – заверила она. Словно мамочка, которая говорит сыночку, что он самый лучший.
 - Правда?
 - Ну, конечно.
 - Так давай продолжим.
Она уже и сама видела, что он хочет. Значит, нужно повторить. Сегодня она не завтракала.
Антон поцеловал ее в губы. Она откинулась назад. И в этот момент снова зазвонил телефон, лежавший рядом с ней на диване. Нужно было обозначить Магу каким-нибудь псевдонимом – подумала она. И почему умные мысли приходят в голову уже после того, как теряют свою актуальность?
Он смотрел на нее в упор, не моргая, а его глаза были злыми-презлыми, как у волка, готового наброситься. Надо же было так проколоться.
 - Антон, это не то, что ты подумал.
Первое, что пришло ей в голову. Она положила руку ему на плечо, но он резко отбросил ее в сторону.
 - А что тогда? – выдавил из себя он и скривился, словно съел что-то очень уж мерзкое.
Выбора у нее уже не было.
 - Давай, я тебе все объясню.
Она подалась к нему. Он мотнул головой, но Марина успела. Он обмяк и повалился на диван, словно перебрал свою норму спиртного.
Сила переполняла ее. Хоть бегай по потолку. Не слишком ли много она выпила? Называется, запила стресс. Почти, как у людей, только люди запивают стресс алкоголем. Пульс на его руке еле угадывался. Хорошо, что она вовремя остановилась. И что он не пришел в себя, когда она пила его кровь. Многие люди после такого сходят с ума или получают разрыв сердца. Ладно. Проблемы будем решать по мере их поступления.
Ни с одной женщиной он не испытывал ничего подобного. Даже просто ее прикосновения будоражили его плоть. Она исполняла все его желания раньше, чем они успевали оформиться. А потом словно говорила ему «А давай, попробуем еще вот так». И при этом не выказывала ни малейшего стеснения либо стыдливости. Можно все, что способно доставить чувственное удовольствие. Это был секс какого-то иного, запредельного уровня. Весь его прошлый опыт не шел с этим абсолютно ни в какое сравнение. Они перепробовали все или почти все.
И тут лежавший рядом на диване мобильный телефон издал резкий звук, напоминающий сигнал тревоги. В этот момент изменилось абсолютно все. Марина сидела на нем сверху. Рыжеватые волосы падали ей на лицо. Она небрежно отбросила их назад. Антон вскрикнул. Теперь вместо лица у Марины была морда то ли летучей мыши, то ли какого-то кровососущего насекомого, увеличенная во много раз.
Он дернулся, но сидевшая на нем самка не отпускала. Ее рот сложился в подобие улыбки, и это выглядело просто жутко. Потом она издала ужасающий писк, резко наклонилась и клюнула его в шею. Антон почувствовал, что проваливается в черную бездну.

[Нерон]

Он открыл глаза. Очень хотелось пить. Словно он очень долго шел по пустыне под палящими лучами солнца. Антон открыл глаза и осмотрелся. Он одетый лежал на диване, только теперь уже у себя в квартире. Посреди комнаты стоял стол со следами недавнего застолья. Салат в салатнице и в одной из тарелок. Там же куски мяса. Два бокала. Рюмка. Бутылка вина и бутылка водки. Обе почти пустые. Теперь он почувствовал, как кружится голова. Попытался встать, и сразу сел.
 - Марин, ты где? – позвал он.
В ответ – молчание. Они сидели за столом на диване. Только не здесь, а у нее дома. Пили вино. Целовались. Занимались сексом. А что было потом? Почему он у себя, а не у нее?
Перед этим они заходили в ресторан. Там им встретился какой-то ее знакомый. Очень странный тип. От него шла непонятная угроза. Антон это чувствовал. Марина пару раз назвала его по имени. Имя еще такое нерусское. Георг. Она попросила его выйти, и они о чем-то говорили. После этого она была какая-то грустная. Он провел ее домой. Зашел вместе с ней в квартиру. И затащил в постель. Вполне жизненный сценарий.
Проснулся. Сходил в магазин. Но он хорошо помнил, что водку не покупал. Марина накрыла на стол. Они сидели на диване и пили вино. А дальше – все. Больше ничего не помнил, словно обрубило. Как в сериале. Конец серии.
Получается, они поехали к нему. Так что же произошло дальше? И где Марина? За окном уже темно. Получается, целый день напрочь вылетел из его памяти.
Телефон лежал в кармане джинсов. Сейчас двадцать один час тридцать восемь минут. Один непринятый звонок от Горбунова. Может, позвонить Марине? Он попробовал раз, потом еще. Что за черт? Похоже, она заблокировала его номер.

[Нерон]

Глава 6 Бой без правил
В гостинице «Пальмира» поединки проходили по субботам после одиннадцати вечера. Расположенный в центре зала огороженный железной сеткой восьмиугольный ринг со всех сторон окружали места для зрителей. Билеты стоили довольно дорого, но это не останавливало любителей посмотреть на бои современных гладиаторов. Тут же принимались ставки.
На вечер было запланировано четыре поединка, первым из которых шел поединок Максим Орлов – Ахмет Садуллаев.
По сути, современные бои без правил, это те же гладиаторские бои. Конечно, за более чем две тысячи лет человеческое общество сильно поменялось, но сам человек остался прежним. Те же гормоны, та же физиология, те же инстинкты.
Конечно, некоторые люди не переносят насилия, но есть и немало таких, которые получают от него кайф. Когда мы за кого-то болеем, будь то герой фильма или спортсмен, то подсознательно ставим на его месте себя. Мы испытываем те же ощущения, как если бы оказались на его месте. Страх. Ярость. Азарт. Страсть к разрушению.
Каждый поединок являет собой драму с непредсказуемым финалом. Только если в кино положительный герой практически всегда выигрывает, то здесь побеждает не тот, кто «более положительный», а тот, кто в данный момент оказался сильнее.
Бои без правил любят смотреть люди определенного склада, но подобных людей в нашем обществе предостаточно. Слоган «хлеба и зрелищ» все так же актуален, как и во времена Римской Империи.
Бойцам требуется определенный универсализм. Чистый боксер или чистый борец с большой долей вероятности проиграет, потому что рано или поздно нарвется на то, к чему не приспособлен. Чему его не научили или недоучили. Боксер не умеет работать в партере, и попадает на болевой или удушающий прием.
Борец не обучен противостоять ударам с дальней и средней дистанции. Пока он сделает то, что ему привычно, то есть, пройдет в ноги или в корпус, уже может несколько раз получить по голове.
Кавказские бойцы очень хорошо проходят в ноги. Даже удары кулаком или коленом в голову далеко не всегда их останавливают. Соперник чуть зазевался, а кавказец уже схватил одну или обе ноги и уронил, переводя поединок в партер, то есть, в свою родную стихию, а уж бороться в партере его учили с раннего детства, в секции вольной борьбы. Остается только научить выполнять болевые и удушающие, и поставить удар.
Луиза и Слай сидели в четвертом ряду, то есть, почти рядом с клеткой.
 - Как думаешь, кто из них выиграет? – спросил он.
 - Я не думаю, я знаю – улыбнулась она – Но если я скажу, тебе будет неинтересно смотреть.
 - Да, ладно. Мы же пришли сюда не за этим.
 - Потерпи.
Слай бывал здесь уже раз десять. Дважды он находил среди зрителей свою жертву, и Луиза об этом знала. Как то оно будет сегодня?
Слай то смотрел на арену, то разглядывал зрителей. Гламурная блондинка, а с ней респектабельный бизнесмен, в котором осталось что-то от рэкетира девяностых. Толстяк, похожий на перекормленного бульдога. Накачанный молодой парень. Худой тип с лицом садиста.
Соперники разминались каждый в своем углу. Оба выглядели несколько устрашающе. Максим Орлов когда-то серьезно занимался боксом, позже увлекся дзюдо. Потом перешел в кикбоксинг. Некоторое время он являлся активным членом одной из кемеровских ОПГ.
Высокий, под метр девяносто, сухощавый, с покатыми плечами, и очень длинными руками и ногами. Татуировки на теле и наголо обритый череп напоминали о его криминальном прошлом. И вообще в его облике было что-то троглодитское. Смотришь на человека, и чувствуешь, что он представляет опасность.
Чеченец Ахмет Садуллаев был на полголовы ниже ростом и сложен куда более пропорционально. До перехода в бои без правил он занимался вольной борьбой, и сейчас выглядел, как один из тех борцов, которые много времени проводят в тренажерном зале, и во многом полагаются на физическую силу. Накачанный, с мощным торсом. В его движениях просматривалась какая-то особая пластика хищника. Занимался он также и боксом, и рукопашным боем, так что, являлся универсальным бойцом. Каштановые волосы с рыжеватым отливом, рыжая щетина на щеках и на подбородке. Довольно широкое лицо, крупный, немного курносый, нос, мощная челюсть. Глаза чуть навыкате. Он производил человека, которого трудно чем-либо испугать, и который при необходимости сам испугает, кого угодно. Глядя на него, Луиза вспомнила термин «пассивная агрессия». А Слай чувствовал, как из обоих бойцов буквально сочится адреналин.
Вот они сошлись в центре для рукопожатия. Коротко объяснив правила, которые наверняка оба и так знали, рефери дал сигнал к началу поединка. Поначалу соперники не спешили форсировать события, присматриваясь друг к другу и работая на дистанции. Здесь некоторым преимуществом владел Орлов, но Садуллаев отвечал достойно. Ему нужно было не попасть под убойный удар рукой или ногой и постараться перевести поединок в партер. Впрочем, его мощная мускулатура наводила на мысли, что он также может ударить, дай боже. В боях без правил обычно все решается либо нокаутирующим ударом, либо в партере, где один из соперников ловит другого на болевой или удушающий прием.
Слай уже заметил некоторые закономерность, особо ярко проявляющиеся в тяжелых весовых категориях. Более мускулистые атлеты быстрее устают, а потому стараются вырубить противника раньше. Более сухие и жилистые, хотя и больше двигаются, но устают меньше. Чем ближе к концу поединка, тем это заметнее. Конечно, если поединок не завершается досрочно, то есть, нокаутом. Очень часто можно наблюдать картину, как один боец еле держится на ногах от усталости, а второй еще полон сил, и стремится добить оппонента. А еще в тяжелых весовых категориях поединки намного чаще заканчиваются нокаутами.
Орлов работал в основном джебами. Садуллаев вертелся вокруг него, стараясь не попасть под удар и подбирая момент для атаки. Несмотря на горячий южный темперамент, он действовал очень расчетливо, прекрасно понимая, что делать можно, а что нельзя. Отвечать ударом на удар. Бить и тут же отскакивать назад. Показывая, что будешь атаковать, пытаться раздергать соперника. Все это можно и даже нужно. А вот бросаться вперед пока что не следовало, это означало неоправданный риск. И ни в коем случае не попадать под удар соперника ногами.
Орлов старался держать соперника на дистанции, не ввязываться в ближний бой, не давать сопернику провести захват и уж тем более, пройти в ноги. Несколько раз он неплохо попал сопернику в голову.
Неожиданно все резко поменялось. Подгадав удобный момент, чеченец нырнул сопернику под руку, зашел в корпус, повалил на пол, и сам навалился на него, сковывая его движения и нанося удары. Правило «лежачего не бьют» здесь не работало. Разве что рефери присудит победу нокаутом, когда увидит, что один из бойцов не может сопротивляться. Оказавшись внизу, Орлов прикрывал голову, так что большинство ударов приходилось ему в предплечья и в кулаки. При этом он сам старался провести захват, и провел, показав, что также умеет бороться. Публика шумно подбадривала обоих, в зависимости от личных симпатий, а также сделанных ставок.
Возня в партере продолжалась довольно долго, наконец, увидев, что соперники выдыхаются, рефери не поднял их в стойку. Оба тяжело дышали. Потом то один, то другой пытались атаковать с дистанции. Постепенно оба снова завелись. Два раза чеченец пытался зайти в ноги, но оба раза неудачно, не желая искушать судьбу, сибиряк отскакивал назад. Наконец, раунд закончился, и участники поединка ушли каждый в свой угол, где уже ждали секунданты.

[Нерон]

Второй раунд начался более динамично. Садуллаев действовал аще более агрессивно. Наверное, многие задавались вопросом, а когда же он выдохнется? Но чеченец пока не выказывал признаков усталости. Как, впрочем, и его соперник.
Оба вошли в азарт. Поединок пошел на встречных курсах, что очень нравилось зрителям. Чеченец открылся, и сибиряк едва не вырубил его ногой в голову. В последний момент Садуллаев выставил блок, что спасло его от тяжелого нокаута. А чуть позже Орлов повалил его и принялся молотить по голове. Чеченец выкручивался, словно змея, но казалось, что исход поединка уже предрешен. В зале стоял ор. Многие зрители вскочили с мест. Рефери, казалось, уже собирался останавливать бой, но сигнал об окончании раунда его опередил.
В третьем раунде Садуллаев понемногу стал выдыхаться. Ему уже не хватало скорости, он чаще пропускал удары, и от этого терял еще больше сил. Преимущество Орлова становилось все более очевидным. Хотя было заметно, что он также устал. В такой ситуации очень часто все решает один нокаутирующий удар или удачно проведенный боевой прием.
Зрители требовали активных действий. Пошел обмен ударами. Неожиданно, потеряв равновесие, Садуллаев упал. Орлов принялся добивать его сверху. Чеченец закрывал голову предплечьями. Орлов с остервенением наносил удары, не желая упускать шанс закончить поединок досрочно. Казалось, что к этому все идет, но вдруг непостижимым образом Садуллаев выскользнул из-под соперника. Теперь уже никто из них не мог толком размахнуться. Пошла борьба в партере. Каждый из бойцов старался поймать другого на болевой. Публика неистовствовала. Какое-то время было непонятно, кто кого. Казалось, что Орлов вот-вот возьмет верх, но, в какой-то момент ему не хватило силы. Садуллаев вырвался из захвата. Орлов продолжал давить. Но тут Садуллаев, схватив его за ногу, и принялся выкручивать ступню, словно старался вырвать ее из сустава. Не выдержав, сибиряк застучал ладонью по полу, признавая свое поражение.
Рефери тотчас же остановил бой. Садуллаев поднялся сразу и, победно вскинув руки, забегал по октагону. Орлов оставался лежать. Чеченец наклонился к нему и помог подняться. Орлов заметно прихрамывал. Рефери объявил победителя и поднял его руку вверх. Бойцы обменялись рукопожатиями и даже обнялись. Вряд ли они питали друг к другу какие-то особо теплые чувства, просто старались следовать определенным ритуалам.
Луиза повернулась к Слаю и, улыбнувшись, спросила.
 - Ну, кто из них тебе больше нравится?
Слай кивнул в сторону чеченца.
 - Он как мустанг.
 - Да, ничего мальчик – согласилась Белла.
Наконец, приняв положенную порцию аплодисментов, бойцы ушли каждый в свою раздевалку.
Луиза и Слай прошли мимо охранника, который их не остановил, потому что она сказала волшебное слово. Но в раздевалке Садуллаева толклось слишком много народа. Тренер. Помощник тренера. Массажистка, очень похожая на девицу по вызову. Журналист, жаждущий взять интервью. Бизнесмен с телохранителем. Какие-то угрюмые парни, похожие на бандитов девяностых.
 - Похоже, тут облом – сказала ведьма.
Максим Орлов хромал, опираясь на тренера и мысленно ругая себя за то, что так лоханулся в концовке. Вот уж не пофартило. Тренер вычитывал его, как нерадивого ученика. Хотя и понимал, Максим отработал хорошо, просто бывает такое, делаешь все, как надо, а оно не прет.
 - Я же тебе говорил, работай на дистанции. Не давай ему войти в захват.
Они зашли в раздевалку. Сразу же туда зашел врач и дал Максиму пакет со льдом, приложить к лодыжке.
Стоя рядом, тренер продолжал высказывать претензии.
 - Да, ладно, Николаич, самому сейчас тошно – отмахнулся Максим.
 - Все, отдыхай.
Врач и тренер вышли. Тренеру надо было выводить на бой другого бойца. Максим остался сидеть в кресле. Мысленно он все еще находился в клетке, и прокручивал разные варианты. Вот, если бы тогда он ударил чуть выше. Вот, если бы он додавил в концовке. Очень часто поражение вызывает у проигравшего множество вопросов из разряда «что было бы, если бы я поступил иначе?» И это правило относится не только к спорту. Дверь открылась. В раздевалку зашел высокий, худой, необычайно бледный парень. Максим вдруг почувствовал, что от этого парня исходит опасность. Да, нет. Этого не может быть. Что он сделает?
 - Я хочу получить автограф – пояснил незнакомец, протягивая ручку и раскрытый блокнот. Посередине страницы расплывалось черное пятно, по форме напоминающее дубовый лист. Почему-то это пятно притягивало взгляд. Максим смотрел на него, не в силах оторваться. Пятно посередине листа вдруг стало переливаться разными оттенками. Удивительно, но у черного цвета тоже может быть множество разных оттенков. А еще пятно стало засасывать его в себя. Боковым зрением он увидел, что тот парень как-то странно улыбнулся.
Мысль о том, чтобы позвать на помощь, даже не приходила ему на ум. Обычно его самого боялись. Когда надо, его самого просили приехать на стрелку и помочь в решении вопроса. И все же, от того парня исходила непонятная угроза.
 - Ты чего? – спросил Максим, желая прояснить ситуацию – Чего тебе нужно?
 - Ты мне понравился – пояснил незнакомец.
 - Голубой, что ли? Давай, вали отсюда.
Мир для него раздваивался. В одной части – лист из блокнота и странное пятно посередине. В другой – этот педик, который почему-то не уходил.
 - Слышь, вали отсюда, а то я тебе табло развалю.
Незнакомец противно захихикал. Он что, не понимает, что сейчас получит по голове? Но вместо того, чтобы смотаться, он сделал шаг вперед. Его лицо оказалось прямо напротив Макса, и словно увеличилось в размерах.
 - Ты даже не думаешь, что я могу убить тебя – сказал он.
Макс даже не успел удивиться такому неадекватному заявлению. И даже не увидел сам удар, после которого все погрузилось в темноту.
Доктор вернулся, чтобы сделать Орлову укол. Возле двери раздевалки дорогу ему преградила худенькая девушка.
 - Подождите. Туда нельзя.
Она произнесла эти три слова настолько убедительно, что доктор сразу понял - в раздевалку пока заходить не нужно. Он даже не спросил, почему.
 - Тогда я позже зайду.
 - Не раньше, чем через тридцать минут. Его сейчас лучше не беспокоить.
Доктор посмотрел на часы, засекая время.
 - С ним все нормально?
 - Да, конечно. Волноваться не стоит.

[Нерон]

Ну, ладно. Не беспокоить, так не беспокоить. Он понял, что причин для беспокойства нет, и ушел. Судя по долетавшим из зала крикам, второй бой должен был вот-вот начаться.
Убедившись, что по коридору никто не идет, она зашла в раздевалку. Максим Орлов сидел на полу в позе упившегося в хлам алкоголика. Присосавшись к его шее, Слай делал то, для чего он сюда пришел. Со стороны могло показаться, что один гей упился, а другой нежно целует его в шею. Очень часто люди видят мир совсем не таким, какой он есть на самом деле. Слишком много внимания уделяют разным мелочам, и при этом не замечают того, что действительно важно. В дополнение к своей напыщенности усредненный человек еще и мелочно тщеславен. Люди полагают, что они хозяева в этом мире. На самом деле все обстоит совершенно не так. Если бы человечество не взяли под защиту, оно было бы уже давно уничтожено. Даже некоторые древние мифы недвусмысленно указывают на то, что человечество несколько раз оказывалось на грани уничтожения, и только вмешательство извне помогало этого избежать. Или на некоторое время отодвинуть.
 - Достаточно – сделав небольшую паузу, сказала она.
Братец-вампир не отреагировал.
 - Достаточно – повторила она уже громче, и тут же себе под нос принялась шептать заклинания. Сейчас она не имела права на ошибку, речь шла о жизни человека, а также о судьбе вампира.
 - Может, еще немножечко – отлепившись, умоляющим тоном произнес Слай.
 - Нет. Хватит на этом. Все.
Казалось, внутри него шла мучительная борьба между «надо» и «хочется». Она продолжала шептать заклинания. Он поднялся на ноги. В этот раз «надо» одержало верх.
 - Ты же понимаешь, что это для твоей же пользы…
 - Частично – недовольно буркнул он.
Конечно, сейчас он этого не понимает, поймет чуть позже.
 - Вот и хорошо. Тогда пошли, не нужно, чтобы нас здесь видели.
Перед тем, как выйти, она обернулась. Боец смотрел на нее, в его глазах отражался страх. Понял ли он, что тут только что произошло? Для подстраховки можно было бы заглянуть к нему в память. В противоположном конце коридора послышались голоса. Ладно, не сейчас. Да и что он там мог увидеть… И уж точно он не сможет сложить увиденное в цельную картинку.
Бар на втором этаже работал круглосуточно.
 - Ну, хотя бы алкоголь ты мне сегодня разрешишь?
 - Только в разумных пределах.
А не разрешить, так потом он купит алкоголь без её ведома, со всеми вытекающими последствиями.
Он заказал себе триста граммов водки, а ей мартини с апельсиновым соком.
Ей не нравилось, что он употребляет алкоголь, она вообще могла бы сделать так, чтобы сегодня и в ближайшие дни он не пил, но она решила сделать ему поблажку.

[Нерон]

Глава 7 Семья
Таксист, молодой парень восточной внешности, видимо, подсознательно почувствовал в ней угрозу, потому что не пытался клеиться, не отпускал дурацкие шутки, не лез с разговорами. Сидел за баранкой тихо, как мышь. И не просто, как мышь, а как мышь, учуявшая запах кота. Клиентка тоже молчала. Да и о чем ей было разговаривать? И какой смысл в пустопорожних разговорах?
Из-за высоких заборов выглядывали крыши частных домов, по виду, явно небедных. Где-то в два, а где-то и в три этажа. И ладно бы, человек занимается бизнесом. Уплати налоги, а остальное трать, на что вздумается. Но когда какой-нибудь следак или опер, налоговый инспектор, или чиновник из мэрии вдруг покупает себе большую квартиру в центре, крутую тачку или такой вот коттедж, у кого-то же должен возникнуть простой житейский вопрос – а откуда деньги? Посмотреть доходы человека. Ладно, посмотреть также доходы членов его семьи. А потом прикинуть его расходы. Ладно, не будем заглядывать человеку в рот. Допустим, он и его семья экономят на еде, покупая все только самое дешевое. Но вот такие приобретения наводят на определенные мысли. Сравнить доходы и расходы, и дебет с кредитом явно не сойдется. Но никто почему-то не обращает внимания на столь разительное несоответствие.
Получив причитающееся ему денежное вознаграждение, таксист тут же дал газу.
Она подошла к воротам и позвонила в звонок.
 - Марина, проходите – сказал женский голос.
Ворота открылись. Она увидела двухэтажный дом из красного кирпича, с коричневой черепичной крышей и узкими, похожими на бойницы, окнами. Справа от дома располагался кирпичный гараж.
Входная дверь была не заперта. Войдя внутрь, Марина оказалась в не очень большом, но добротно отделанном холле. Дубовый стол. Высокий, до потолка, холодильник. В противоположном углу камин. Лестница вела на второй этаж. Сверху послышались шаги. По лестнице неторопливо спускалась женщина в бардовом халате.
Невысокая, метра полтора с небольшим, крепко сбитая, с большой головой, практически сразу переходящей в плечи, внешне она чем-то напоминала самку питбуля. Коротко подстриженные волосы, покрашенные в цвет баклажан, очевидно, чтобы скрыть седину, и ярко-алый маникюр дополняли ее образ. Женщины изучающе смотрели друг на друга. Марина сразу же поняла, что перед ней глава вампирской семьи. Наверное, считает себя неотразимой красавицей – не без ехидства подумала она.
 - Мариночка, здравствуйте. Меня зовут Наталья Васильевна.
 - Очень приятно.
 - Мы вас ждали еще вчера. Сейчас все подойдут.
Первой появилась стройная блондинка в красном обтягивающем спортивном костюме. Именно, что появилась, быстро и бесшумно, как летучая мышь. Марина повернула голову, а блондинка уже стояла в боковых дверях, ведущих в коридор, и мило улыбалась, явно довольная собой. В коридоре послышались шаги, и в кухню вошли сначала пожилая дама, а потом двое мужчин. Один довольно молодой, коренастый, похожий на увеличенную копию Карлсона без моторчика. Второй – постарше, и явно потрепанный жизнью.
 - Настя опять торчит в интернете? – с легким недовольством спросила Наталья Васильевна.
 - Сейчас я ее позову – откликнулась блондинка.
Она исчезла и вскоре вернулась в сопровождении весьма миловидной темноволосой девочки-подростка, по виду – ученицы старших классов.
- Налейте всем эликсира – велела глава семейства.
Блондинка достала из шкафа бокалы и с ловкостью наперсточника расставила на столе.
 - Сейчас, мамуля.
Молодой мужчина проворно метнулся к холодильнику, достал оттуда большую бутыль и принялся наливать.
 - Мне самую малость – попросила Марина.
 - Да вы не стесняйтесь – улыбнулся он – Нам для вас ничего не жалко. Тем более, что это не последнее.
- Просто я недавно плотно позавтракала.
Все, кроме старушки, с любопытством посмотрели на нее. Старушка вообще, похоже, мысленно находилась далеко отсюда.
 - Вы об этом позже расскажете – скорее утвердительно, чем вопросительно сказала Наталья Васильевна и, подняв свой бокал, провозгласила.
 - Именем Тьмы.
Все выпили. Марина тоже сделала небольшой глоток.
Эликсир бодрил. Пускай и не так, как живая кровь. При других обстоятельствах она бы выпила больше, но сейчас опасалась, что ей будет трудно себя контролировать. Мало энергии – плохо. Слишком много – тоже не очень-то хорошо. Во всем нужна мера.
Блондинку звали Жанна. Старушку – София Карловна. Молодого мужчину – Жора. Мужчину постарше – Олег.
После знакомства и дежурного обмена любезностями в холле остались только Марина, Наталья Васильевна и Жанна.
 - Я понимаю, Мариночка, что ты привыкла к свободной жизни. Я не хочу ограничивать твою свободу, но мир меняется, и в наше время вампирам как никогда трудно выживать в одиночку. Я вовсе не требую от тебя, чтобы ты безвылазно жила дома, но я должна знать, где ты находишься.
 - Если у кого-то из нас проблемы, то мы всегда готовы прийти на помощь – добавила Жанна – Мы своих в беде не бросаем.
Диктатура начинается с малого – подумала Марина, и спросила.
 - Наталья Васильевна, как давно ваша семья живет здесь?
 - С 1904 года. Это был тихий провинциальный городок. Никто нас не трогал. Если кто из людей что-то чувствовал, просто обходил стороной. А потом началось. Войны. Революции. Перестройка. А сейчас так и вовсе пошло черт знает, что. Люди стали какие-то дерганные, злые. Экология ни к черту. В крови одна химия. Людям всегда чего-то не хватает, но в последние годы такое впечатление, что человечество сходит с ума.
 - Мама, и не говори – Жанна махнула рукой – Вон, в конце лета познакомилась с парнем. Взяли бутылку вина. Зашли в парк. Я только начала сосать. А тут приперлись его дружки, человек пять или шесть. Так они хотели меня изнасиловать. Кинули мне в бокал то ли клофелин, то ли еще какую дрянь, хорошо, у меня организм крепкий. Еле убежала. Представляешь, Марина, собирались изнасиловать вампиршу да еще и снимали это на телефоны? Как тебе такое?
Наталья Васильевна нахмурилась.
 - Потому что нельзя вот так вот идти с кем попало. К человеку нужно сперва присмотреться, а не прыгать на него наобум. Ты, Мариночка, говорила, что у тебя с кем-то недавно был роман? Надеюсь, там все хорошо?
 - Да, конечно. И мужчина остался доволен, и я подпиталась Силой.
Наталья Васильевна и Жанна понимающе заулыбались. На самом деле она была вовсе не уверена в том, что там все хорошо, но ей не хотелось посвящать новую маму в свои интимные проблемы.
 - А чем занимается ваша семья?
 - У нас есть сеть мини-отелей. Два в городе, и два в области. Конечно, это хлопотно. Все приходится контролировать. Людям доверять нельзя. Но деньги с этого капают, и еще у нас там имеется свой интерес. Вот, Жанна мне помогает. Будет хорошо, если вы тоже станете вместе с нами работать.
Марина так и поняла, что семейный бизнес каким-то образом связан с кровью. Что ж, тоже вариант. Хотя наверняка там есть свои подводные камни. Но где их нет…
 - Настя учится в школе – продолжала Наталья Васильевна – Тоже девочка с норовом, но это возрастное, главное, она умненькая. Софья Карловна на пенсии. После всего, что с ней случилось, работать не может.
 - А что с ней случилось? – с волнением в голосе спросила Марина.
 - В свое время она пережила охоту на ведьм. Всю ее семью сожгли у нее на глазах.
 - Ужас какой. Так она еще и ведьма?
 - Да. Как говорится, два в одном. Такое редко, но случается. Когда убивали ее семью, она была примерно, как Настя.
Люди страшны тогда, когда их много. Тогда каждый из них ощущает себя частью одного большого и грозного стада. И главное желание этого стада – уничтожить того, кто не является его членом, в особенности, если он иной.
 - А чем занимаются ваши мужчины?
 - Жора частный детектив. Олег художник. Но, когда я прошу, мальчики помогают мне. С недавних пор Инквизиция повесила на нашу семью надзорные функции. Теперь мы должны контролировать иных в городе и его окрестностях.
А вот это уже интересно. Инквизиция передала семейству вампиров часть своих функций. Почти что все равно, что стае волков делегировали контроль за экологией.
 - Простите, а что значит контролировать?
 - Впрочем, контролировать, это громко сказано, тем более, что у нас в стране якобы демократия. Да и все контролировать просто физически невозможно. Нам вменили в обязанность следить за соблюдением Кодекса. Главный принцип – деятельность иных не должна существенно влиять на жизнь людей. Нежелательно вмешиваться в жизнь людей без крайней необходимости.
 - А если такое вмешательство необходимо?
 - Тогда нужно брать разрешение у нас, а в особо значимых случаях – у Инквизиции. Но пока что таких прецедентов не было. В основном, мы занимаемся превентивной деятельностью.
 - Ловим на чем-то противозаконном, грозим пальчиком и убеждаем, что так делать нельзя – усмехнувшись, добавила Жанна.
 - А я уж было, подумала, ходите по школам и объясняете детям, как обезопасить себя от вампиров и оборотней, а также прочих нехороших иных.
Все три женщины весело засмеялись.

[Нерон]

 - Компьютер могла бы и не покупать. Как члену семьи, мы дадим тебе свой.
 - Я же не знала.
 - Теперь знаешь. И ноутбук. Сейчас я покажу тебе твою комнату, а потом буду вводить тебя в курс дела.
Комнате оказалась затемненная и довольно уютная. Пока Олег собирал компьютер, и устанавливал на нем все необходимые программы, Жанна с Мариной поднялись на второй этаж. В библиотеке, помимо стеллажей с книгами, располагались восемь офисных столов. И на каждом из них стоял компьютер.
 - Чем я буду у вас заниматься? – поинтересовалась Марина.
 - Вероятнее всего, надзором за деятельностью иных. На нас навесили надзорные функции, так что, мы теперь должны теперь все контролировать. Хотя, абсолютно все контролировать невозможно.
 - А как к этому относятся прочие иные?
 - По-всякому. Некоторые с пониманием. Кое-кому это не нравится, но, ничего, терпят. Во всяком случае, в открытую никто не бунтует. Сейчас покажу тебе наших подопечных.
Ловко орудуя мышкой, Жанна принялась показывать рабочие файлы.
Ведьма. Еще одна ведьма. Оборотень. Еще ведьма. Ведьмак. Как и следовало ожидать, больше всего было ведьм. Старые, совсем старые и относительно молодые. Пышущие здоровьем, и чахленькие. У одних склонности к медицине, у других к ясновидению, у третьих - к решению разного рода проблем. Этим они обычно и кормятся. Вернуть мужчину в семью. Сделать приворот или отворот. Кому-то за что-то отомстить, например, навести порчу. Притянуть удачу. В каком-то определенном деле или, так сказать, вообще.
Жанна пояснила, что теперь для того, чтобы заниматься колдовством или магией, ведьма должна обратиться к Семье и получить лицензию на определенные виды деятельности.
Марина подумала, что такой порядок ставит Семью вампиров в привилегированное положение по сравнению с другими иными. Наверное, Наталье это нравится.
 - А что мы с этого имеем?
 - Инквизиторы дают нам эликсир. Платят нам деньги. Иногда закрывают глаза на некоторые наши прегрешения. Но, все равно, если есть какие-то проблемы, лучше скажи Натали. Или мне. От своих не должно быть секретов. Так ведь?
 - В принципе, да – согласилась Марина, а сама подумала о том, что обычно от близких всегда есть, что скрывать.
Ведьмачка. Еще ведьмачка. Оборотень. Дяденька лет пятидесяти с лицом алкоголика. Тяжело, наверное, вести такой образ жизни, вот приходится с помощью алкоголя снимать стресс. Может, для иных стоило бы сделать какую-то социальную программу?
 - Еще иные любят друг на друга жаловаться. Раньше они сами разбирались, а теперь иногда идут к нам. Просят помочь. Иногда шпионят друг за другом. Все, как у людей. Потом полистаешь дела, посмотришь, что они пишут.
 - Ничто человеческое им не чуждо.
 - Совершенно верно. В городе живет еще одна вампирская семья. Иногда они оказывают нам посильную помощь. Ты пока посмотри анкеты, полистай дела. Поездишь со мной, посмотришь. Сначала будем давать тебе дела попроще. Потом будем усложнять.

Первые дела Марина читала внимательно. Потом просто бегло пробегалась по строчкам. Как все банально и предсказуемо.
Какая-то жизненная проблема видится человеку чрезвычайно важной. Решить ее самостоятельно он не может, а проблема не отпускает. Более того, она давит на него тяжким грузом. Мир видится ему в черно-белых тонах. Человек то и дело думает на тему «что было бы, если бы». Ему больно. Кажется, что он в тупике. Вот если бы та проблема решилась, то у него все было бы совершенно иначе. Тяжкий камень с души скатился бы в пропасть. Сразу стало бы легче дышать. Мир сделался бы ярким и красочным, словно цветочная поляна в ясный погожий день. Ах, если бы… Но пока ничего не получается. Почему-то ничто не дается человеку просто так. В особенности то, чего очень хочется.

[Нерон]

Глава 8 Маленькая ведьма
Поначалу эти способности никак не проявлялись. Да, в школе она хорошо училась, и учеба давалась ей легко. А еще ей, вроде бы, везло чуточку больше других. Когда дети играли в прятки, редко кому удавалось ее найти. Зато сама она очень часто угадывала, кто где спрятался. Если бы кто-то спросил, как она это делает, она бы не смогла это объяснить. Просто получается, вот и все.
Часто получалось так, что многие желания исполнялись, словно сами собой. Если она не хотела, чтобы ее вызывали к доске, то учительница и не замечала ее присутствия. И наоборот. Ей не требовалось даже поднимать руку, чтобы учительница ее вызвала, и спросила именно то, что она лучше всего выучила.
Родители очень часто угадывали с подарками. Увидела у другой девочки куклу. Захотела такую себе, а через несколько дней папа на работе получил премию и купил ей как раз такую же. В конце второго класса захотела на море, и маме на работе выделили семейную путевку в Геленджик.
Постепенно Лера стала осознавать, что может управлять другими людьми. Это напоминало игру в дочки-матери. Куклы делают то, что хочет хозяйка. Едят. Спят. Ходят в гости к другим куклам. Купают пупса. Выгуливают щенка. Кто-то с кем-то дружит, а кто-то кому-то не нравится.
Иногда Лере казалось, что она может читать мысли других людей. Так в пятом классе она знала, что учительница русского языка влюбилась в учителя физкультуры Сергея Петровича, которому, в свою очередь, нравилась учительница английского Любовь Гавриловна. Впрочем, об этом знали еще несколько девочек из их класса. Иногда люди и, не обладая особыми способностями, видят простые вещи.
Все девочки сходились во мнении, что у Алены Игоревны нет никаких шансов. Некоторые ее жалели. Щупленькая, сутуловатая, в очках с толстыми линзами. То ли дело англичанка, белокурая, статная, с лицом, как у куклы.
В какой-то момент Лера поняла, что у англичанки с физруком роман. Причем, у них все по-взрослому, они почти уже как муж и жена. А вот на Алену Игоревну больно было смотреть. И тогда Лере вдруг очень сильно захотелось, чтобы у нее все наладилось. Она думала об этом постоянно, прокручивала в голове разные варианты.
Англичанка стала вызывать у нее раздражение. Кукла сисястая. И почему такие вот, как она, нравятся большинству мужчин? Лера стала представлять себе, как должно было быть. Она словно придумывала историю, в которой все происходило немножко не так, как на самом деле.
А еще Лера заметила, что когда она долго и сильно чего-то хочет, это исполняется, но потом сама чувствует какую-то непонятную слабость, словно после болезни. Кружится голова. Хочется сесть или даже прилечь.
Она почувствовала, что заболевает. В то же время, у Алены, Сережи и Любаши что-то стало меняться. Сначала Любаша ни с того, ни с сего наорала на Сережу в учительской. Через несколько дней он вдруг стал оказывать Алене знаки внимания. Любаша сделалась злая, но ничего не могла сделать.
На самом интересном месте Лера заболела и неделю не ходила в школу. Одноклассницы рассказали, что англичанка после уроков зашла к Алене в кабинет и ругала всякими нехорошими словами. А потом девочки обсуждали роман физрука и Алены Игоревны.
Летом они поженились, Любовь Гавриловна ушла работать в другую школу.
Когда Лера училась в седьмом классе, ей понравился мальчик из девятого. Однажды после уроков он подождал ее возле школы и предложил познакомиться. На выходных они с Антоном договорились пойти в кино. Но в пятницу ей стало очень плохо. Настолько, что она просто не могла встать с постели. Участковая врачиха удивлялась. Температура нормальная. Никаких видимых симптомов. Все анализы в норме. А девочка просто тает на глазах, и непонятно, что с этим делать.
Она болела уже почти три недели. Все это время Антон ей ни разу не позвонил. Тем более, что у него появилась другая девушка. Красивая, не то, что она. Лера чувствовала себя очень тоскливо и одиноко. Участковая врачиха выписала направление к онкологу. Если я не вылечусь и умру, может, так даже к лучшему – решила она.
В тот вечер к ним в гости пришла двоюродная бабушкина сестра Аглая Петровна. Якобы, народная целительница. Лера лежала, отвернувшись лицом к стенке. Ей было все равно. Но когда старушка вошла, вдруг почувствовала, что сейчас в ее жизни должно произойти что-то особенное. Словно в серой кромешной мгле загорелся яркий огонек.
Аглая села возле нее. Взяла за руку. И как-то очень внимательно посмотрела, словно заглянула в самую душу.
 - Трудно быть не такой, как все. Раньше я сама задавалась вопросом, что это. Дар или проклятие.
 - И что же это, по-вашему?
 - А это уж как ты сама себя убедишь. С этим нужно учиться жить. Иначе это быстро тебя убьет.
 - Убьет, ну так и что? – вздохнула Лера – Кому от этого станет хуже?
 - Не говори ерунды. Во-первых, тогда ты пропустишь много чего интересного. Во-вторых, если так сделано, значит, для чего-то так нужно. А вообще ты просто очень устала. Потому что потратила слишком много сил. Это как колодец вычерпать полностью, а потом еще скрести по дну и по стенкам. Тебе нужно учиться правильно распределять свои силы. В следующую субботу приходи ко мне. Я научу тебя этому, и многим другим интересным вещам. Придешь?
И, несмотря на то, что ей было все еще очень плохо, Лера вдруг осознала, что стоит на пороге чего-то нового и неизведанного. Это было как в одной телеигре. Можно забрать то, что лежит в черном ящике. А можно оставить все, как есть, и играть дальше.

[Нерон]

Антон чувствовал себя так, словно с утра до ночи выполнял тяжелую монотонную физическую работу. Но еще хуже было гадкое ощущение, что он потерял Марину навсегда. Почему она уехала, да еще и занесла его телефон в черный список? Что, черт побери, он сделал не так? Что вообще произошло? И что теперь делать?
Мозг упрямо цеплялся за любые альтернативные варианты. Просто у нее что-то с телефоном. У нее возникли какие-то срочные дела, и ей пришлось уехать. Возможно, они поссорились. Но с кем не бывает? Она обиделась и ушла, а в черный список внесла в воспитательных целях. Мальвина недоделанная.
Антон никогда не считал себя алкогольно-зависимым. Да, мог иногда выпить. И перепить тоже мог. Но пил он за компанию с друзьями или с женщинами. Ну не возникало у него потребности выпить в одиночку. А тут вдруг возникла. Тоска словно щупальцами сжимала его изнутри. На работу не пошел. Сперва нужно оклематься, а уж потом думать о работе. Хорошо, что у него свободный график. Ладно, схожу в магаз за чекушкой – решил он – вчера, вроде как, полегчало, может, и сегодня подействует.
В супермаркете он взял батон, килограмм пельменей, немного сарделек, огурцов, помидоров. Хотел взять чекушку водки, но взял ноль-семь. Чтобы завтра не выходить из дому. Кассирша, миловидная женщина лет сорока, понимающе улыбнулась, женским чутьем определив одинокого мужчину, попавшего в непростую жизненную ситуацию. При иных обстоятельствах он мог бы и подбить к ней клинья, но сейчас ему было не до того.
Возле входа двое кавказцев что-то шумно обсуждали на своем родном языке, периодически вставляя русские слова и обороты, и обильно приправляя свою речь матом. К ним подошел третий. Крупный, широколицый, с окладистой рыжей бородой, похожий на располневшего викинга. Что-то сказал тем двоим. Потом у него зазвонил телефон.
 - Э, Мага –рыжий принялся что-то втолковывать невидимому собеседнику – Э, Мага. Послушай меня. Что? Да ты не кипешуй, тот вопрос мы потом решим.
Антона словно что-то подбросило на месте. Мага. Как будто у него в голове нажали на особую красную кнопку. Хотя Магомед – очень распространенное у кавказцев имя, именно к вот этим кавказцам он вдруг почувствовал непреодолимую неприязнь.
 - Чиво так смотришь? – не вполне дружелюбно поинтересовался один из них.
 - А что, нельзя?
 - Слышишь, ты тут не борзей.
 - А то что? Твари черножопые. С гор спустились, думаете, богадельню себе тут нашли?
 - Э, ты чего сказал?
Кавказцы встрепенулись. Один из них оказался прямо перед Антоном. Двое других – по бокам.
 - Ты чего сказал, э?
В такой ситуации он уже не мог сдерживаться. Накопленный за последнее время негатив рвался наружу.
 - Я сказал, на хер пошли, твари. Понаехали тут.
Кавказец толкнул его, и сразу же залепил пощечину. Хотел дать еще, но, сыграв на опережение, Антон зарядил ему кулаком в голову. Тот упал. Двое остальных кинулись в драку.
Антону сразу же прилетело в челюсть от рыжего горца. Третий кавказец, взвизгнув, попытался исполнить вертушку в стиле Ван Дамма, но, выполняя столь сложный технический прием, еле удержался на ногах. При ином раскладе это могло ему дорого обойтись. Одно дело пинать безответный мешок в спортзале или во дворе дома, и совсем другое – спарринговать с живым человеком, пускай даже пьяным. Да еще и на улице, без перчаток и без правил. Но люди склонны переоценивать свои возможности. Получалось у кого-то в кино, так почему не получится у меня? Тем более, рядом есть товарищи, готовые прийти на помощь.
Получив в нос, рыжий смешно поморщился, и сразу же попытался дать ответку. Пошел обмен ударами. Попавший под руку каратист получил с левой. Теперь он больше не пер на рожон, а, держась под прикрытием своего массивного товарища, пытался пнуть Антона ногой, то выдвигаясь вперед, то задвигаясь назад, словно ящик комода. Упавший в самом начале кавказец поднялся и уже коварно заходил сбоку. Тем временем вокруг них уже собиралась толпа зевак.
 - Да что же это такое? – возмущенно завопила какая-то тетка – Смотрите, что делается! Совсем оборзели черные. Наших же бьют! Тут что, нет настоящих мужчин?
Когда женщины ждут от мужчины немедленных действий, они сразу пытаются взять его «на слабо», причем этот прием, как и ряд других, отработан у них до автоматизма.
Антону прилетело слева. Он отмахнулся. Рыжий горец захватил его руку и бросил через бедро, словно борцовское чучело. Потеряв равновесие, Антон упал. Пользуясь моментом, каратист пнул его в нос. Это все – промелькнуло в голове. Но почему-то добивать его никто не стал.
Настоящих мужчин оказалось сразу несколько. Высоченный молодой парень в красной куртке. Похожий на медвежонка крепыш с плоским, как блин, невыразительным, блеклым лицом. Сутуловатый интеллигент в очках. И мужчина средних лет с лицом среднестатистического алкоголика.
Каратист отлетел в сторону. Рыжий кавказец сцепился с парнем в красной куртке. Они вошли в обоюдный захват, но никто никого не бил, просто слегка толкались, как дзюдоисты на татами, только без бросков. Алкоголик с интеллигентом пытались что-то доказать третьему кавказцу. Тот что-то кричал, уже, было, сцепился с интеллигентом, но пока также без ударов. Очевидно, интеллигенту бить первым не позволяло воспитание, алкоголик предпочитал разговаривать по понятиям, а кавказец не хотел переходить через красную линию, в глубине души осознавая, чем это может грозить лично ему.
Рыжий кавказец, натянул высокому парню куртку на голову, но бить или валить на землю не стал. Вскоре оба, тяжело дыша, стояли в боевой стойке.
А вот каратист и медвежонок устроили настоящий махач. Словно в боевике. Пошел активный обмен ударами. Видно было, что парень подготовленный. То ли спортсмен, то ли служил в каких-то элитных войсках. Каратист в очередной раз попытался пнуть крепыша ногой, но тот прихватил его за ногу и, повалив на землю, пару раз ударил кулаком по лицу. Не в полную силу, но чтоб знал.
Отодвинув интеллигента, алкоголик наседал на «своего» кавказца. Внезапно тот выхватил нож. Все, кто находились рядом, тут же расступились. Размахивая ножом, кавказец завертелся на месте. В этот момент появилась полиция. Работа правоохранительных органов всегда вызывала множество нареканий, но сейчас полицейские прибыли на место происшествия как раз вовремя.

[Нерон]

Всех участников драки привезли в райотдел. Антона продержали несколько часов в обезьяннике. Завели в кабинет. Сидевший там лейтенант спросил, из-за чего началась драка. На это Антон ответить не мог. Кавказцам не понравилось, как он на них посмотрел? Что они сказали ему? А он что сказал? Хорошо, что было потом? Поскольку ни та, ни другая сторона не имела друг к другу претензий, дело открывать не стали. Впаяли штраф за хулиганство, и отпустили.
Алкоголик дожидался его возле отдела, явно рассчитывая на благодарность за свой геройский поступок. Они зашли в ближайший ночной магазин, где Антон купил две бутылки водки. Одну распили в сквере на лавочке.
Дальше на Антона накатила такая тоска, что хоть бери, да вешайся. Вроде бы, особо ничего не болело. Но ощущение такое, словно из его тела вырвали кусок мяса.
Значит, с Мариной все оказалось совсем не так, как он думал. Не зря говорят, что чужая душа потемки. Непонятно только, зачем ей это. Если она встречалась с каким-то Магой, тогда зачем она крутила роман с ним? Устроила своего рода, тендер? Тогда получается, что он проиграл конкуренцию дагу? Ну, да, раз она от него ушла. Но почему? Думать об этом всем было невыносимо, а не думать он просто не мог.
Сказал бы ему кто-то, что у него будет такой депресняк из-за женщины – не поверил бы. Огорчиться мог бы. Но чтобы вот так вот страдать? Такое могло случиться с кем угодно, только не с ним. Но вот, случилось. На работу он не пошел. Он не пошел бы на работу даже, если бы работал по найму и ему бы грозили увольнением. Его это нисколько не интересовало. Антон просто лежал на диване, и смотрел в потолок, а мысли его все вертелись вокруг той ситуации. Как она могла? Зачем ей это вот было нужно? Что теперь делать?
В голове Антона начали возникать образы. Поначалу размытые, трудноразличимые, словно отражение в мутной воде, постепенно они делались все более отчетливыми. Марина и даг. Он мог уже различать их лица и тела, как будто смотрел порнофильм. Вот даг трогает ее волосатыми руками. Она раздевается. Ложится. И с дагом она делает все.
Антону попытался остановить этот поток видений, но он не смог этого сделать. Он пытался отвлечься, но, словно путник, заблудившийся в каком-то дьявольском лабиринте, раз за разом возвращался в ту же точку, а грязные картинки продолжали крутиться перед его мысленным взором. Как во время трансляции футбольных матчей даются повторы наиболее интересных игровых моментов, примерно так же и здесь его внимание фиксировалось на одном и том же.
Нет. Так не должно было быть. Почему он встретил ту женщину? Мог же поехать на другой заказ. Мог работать в другую смену, тем более, что он мог выбирать, когда ему работать, а когда отдыхать. Правда, работал он очень много. По нелепому стечению обстоятельств оказался в то время именно в том месте.
Антон курил сигареты одну за одной, но это не помогало. Он, не закусывая, допил купленную в ночном магазине бутылку водки. Ничего особо не менялось. А что ты хотел? Какое-то лекарство, чтобы ты его выпил, и сразу полегчало?
Потом на него накатила злость. Теперь в голове крутились картинки немного иного содержания. Он будет следить за ней, и поймает, когда они будут трахаться. Он убьет их, но не сразу, сперва насладится моментом. Они, конечно же, все поймут, до смерти испугаются, будут валяться у него в ногах, просить, чтобы он не убивал их. Ну, а как тут можно не убивать? Первым Антон убьет Магу. Потом какое-то время подождет, посмотрит на реакцию Марины, и тоже убьет.
Да что со мной происходит? – промелькнуло у него в голове – Почему раньше со мной ничего такого не было? Почему именно сейчас у тебя такие мысли. Наверное, потому, что Марина – какая-то особенная. А, может, это потому, что ты психически ненормальный? Да, нет, у меня как раз все нормально. У меня никогда раньше не наблюдалось проблем с психикой. Я проходил медкомиссию. Тогда почему же сейчас вдруг пошел вразнос? Может, на то, чтобы выйти из штопора, требуется просто больше времени? Может, позвонить Горбунову?
Происходящее затягивало его, словно в омут, и у него не было сил этому сопротивляться. Вся эта ситуация и так вытягивала из него силы. Надо выпить еще. Алкоголь ведь как раз и нужен для снятия стресса. Недаром в войну на фронте выдавали боевые сто грамм.
Дорога до супермаркета показалась бесконечно долгой. Он взял шесть бутылок водки, три пачки сигарет и двухкилограммовую пачку пельменей. Надо же и чем-то питаться, при этом не заморачиваясь готовкой.
Лицо кассирши показалось ему знакомым. Она посмотрела на него с таким сочувствием, словно он был для нее близким человеком, у которого врачи нашли неизлечимую болезнь.
Он регулярно заходил в этот магазин и кассирша его запомнила. Довольно высокий крепкий мужчина с выразительным мужественным лицом, он ей нравился. Ей хотелось, чтобы он это заметил и сделал первый шаг. Она еле удержалась от того, чтобы спросить, не нужно ли ему чем-то помочь. Бывают же такие стервы. Пьют кровь у хороших мужчин. При этом и мужчине жизни не дают, и держат, не отпускают. А в это время добрые душевные женщины живут одни.
Вернувшись домой, Антон выставил бутылку водки на стол, налил себе стакан и  выпил. Боль не исчезла совсем, но, как будто бы, притупилась. С ним явно происходило что-то не то, и он не мог найти этому разумного объяснения. Логика вроде просматривалась, но только какая-то искривленная, словно порожденная больной психикой.

[Нерон]

Глава 9
Расследование ведет вампирша
Почему-то считается, что блондинки не умеют парковать авто. Вот и Жанна припарковала «Крузак» абы как.
 - Ты же им дорогу загораживаешь – деликатно напомнила Марина.
 - В два часа ночи?
 - А если придется ждать до утра?
 - Действительно.
Жанна переставила машину так, что даже самый оголтелый женоненавистник не смог бы придраться.
На седьмом этаже в одном из окон его квартиры горел свет. Антон не спит? Или просто забыл выключить? Наверняка, переживает. Но, чего уж теперь говорить… Как-то по-дурацки все получилось, просто какой-то рояль в кустах. Иначе не назовешь.
Они быстро осмотрели окна дома напротив. Возле окон никого нет. И, карабкаясь по балконам, быстро-быстро полезли вверх, словно два гигантских паука из фантастического фильма. При желании они могли бы лезть и просто по стене, но по балконам лучше. Если вдруг их кто-то увидит, это будет выглядеть не так шокирующе. Меньше, чем через полминуты они уже стояли на его балконе.
 - Тебе его совсем не жалко?
 - Если я скажу «жалко», это что-то изменит? – огрызнулась Марина.
 - Да разные бывают ситуации в жизни.
Жанна метнулась вправо, быстро заглянула в освещенное окошко, и вернулось обратно. Все это заняло не больше пяти секунд.
 - Там его нет.
Все окна закрыты. Форточка тоже. А вот окно на лестничной площадке было открыто.
Стоя возле двери квартиры, Жанна достала из сумочки инструмент, похожий на воровскую «фомку», только более изящный.
Через пару минут обе вампирши, бесшумно ступая, зашли в квартиру. Включать свет не стали. Вампиры прекрасно видят и в темноте. Пары минут хватило на то, чтобы убедиться, что Антона в квартире нет. Свежие бычки в пепельнице на кухне указывали на то, что относительно недавно он еще был здесь. Тогда где же он? Решил поработать в ночную смену? Или утешиться у какой-то подружки? Или сходить за водкой?
В секретере лежали документы. Скорее всего, паспорт Антон носил с собой, а водительские права лежали в машине. Военный билет. Диплом. Свидетельство о расторжении брака, выданное три года назад. Копия свидетельства о рождении. Однако же, он не сказал ей, что был женат. Трудовая книжка.
 - Так он у тебя служил в полиции. Почти восемь лет в уголовном розыске. Интересно, за что его оттуда поперли?
 - Скоро спросишь сама.
 - Тебе он не рассказывал. Наверное, какая-то мутная история, вроде взятки. За что еще увольняют полицейских? Ладно, давай накатим по сто грамм?
 - По сто грамм чего?
 - Я про эликсир. А ты что подумала?
Жанна достала из сумочки серебристую фляжку. Марина нашла в серванте пару рюмок.
 - Если утром он не появится, я сама ему позвоню и назначу встречу.
 - Представляю, как он обрадуется.
У Жанны в сумочке завибрировал телефон.
 - Да. Хорошо. Сейчас будем.
Она спрятала телефон.
 - Натали собирает всех. Похоже, наметился какой-то форс-мажор.

Когда они зашли в комнату для совещаний, семья собралась там. В глазах Насти явно читались испуг и растерянность. Олег сидел, насупившись, и обхватив голову руками. Жора натянуто улыбался, но Марина сразу поняла, что он нервничает. Наталья Васильевна с мрачным видом сидела во главе стола. Не было только Софьи Карловны. Может, с ней что-то случилось?
Наталья Васильевна недовольно посмотрела сначала на Марину, потом на Жанну, а потом пояснила.
 - У Софьи Львовны было видение. В скором времени кто-то убьет ведьму.
 - Какую ведьму? – спросила Марина.
 - Это мы пока не знаем.
 - Кричала так, словно убивают ее – заметила Настя.
 - А сама она сейчас где? – уточнила Жанна.
 - Спит. Пришлось ей ввести успокоительное.
В третьем часу ночи из комнаты Софьи Львовны раздался жуткий крик. Наталья поспешила туда. Старушка билась в припадке и кричала не своим голосом, а голосом какой-то другой женщины. Возможно, той самой ведьмы. Наталья растолкала ее. Иначе она могла бы умереть в реальности. Бывают такие сны, когда твоя душа вселяется в кого-то другого, тогда ты живешь чужой жизнью. А значит, можешь и умереть чужой смертью. Настя даже подумала, что в дом проник кто-то посторонний. Олег крепко спал и ничего не слышал. Жора где-то ездил по делам и вернулся уже после того, как произошло наиболее драматичное.
 - Софью Карловну всю трясло. Что она кричала, разобрать было невозможно. Позже приведу ее в чувства, может, и прояснится хоть что-то. Но это сигнал об опасности, и мы не можем им пренебрегать.
 - А Софье Карловне не могло просто что-то пригрезиться? - предположила Марина.
 - Исключено – сказал, как отрезал, Олег – Бабушка не ошибается в своих прогнозах. Если ей что-то привиделось, значит, так оно и будет. Или так оно уже было.
 - Но мы даже не знаем, кого убьют – заметил Жора – А, как говорится, нету тела, нету дела.
Наталья сердито зыркнула на него. Казалось, она хотела стукнуть кулаком по столу, но, передумав, отчетливо произнесла.
 - Лучше заблаговременно решать проблемы, чем потом героическими усилиями их преодолевать.
 - Так-то так, мамуля, но хотелось бы больше конкретики. В городе тридцать семь ведьм. Плюс несколько чернокнижниц. Приставить ко всем охрану чисто физически невозможно.
 - Никому не расходиться, всем отдыхать – велела Наталья – Завтра у нас будет много работы. И чтобы никто не стонал «Ах, я устал, ах, я не выспался».

[Нерон]

Горбунов приехал после обеда. С литровой бутылкой водки, палкой колбасы и банкой маринованных шампиньонов.
Сначала Антон не хотел рассказывать про Марину, но после нескольких рюмок начал делиться наболевшим. Его рассказ напоминал бред психически больного человека.
 - Странная ситуация. Вы ночевали у нее, так зачем понадобилось ехать к тебе?
 - Я это не помню.
 - Вообще непонятно, чего она понты лимонит. Ей же не восемнадцать лет. Должна же у нее голова работать. Обычно женщине нужен постоянный мужик. Тем более, что она тебе уже дала.
 - Так может, с ней что-то случилось? Например, украли телефон?
 - Да, не загоняйся ты так. Захочет – сама объявится. А нет, так другую бабу найдешь.
 - Я не хочу другую. Мне нужна эта.
 - Ты сам себя накрутил. Мой тебе совет. Не залипай на нее. В нашем городе полно молодых одиноких женщин. Выбирай любую. Только смотри не только на жопу и сиськи, а чтобы у нее и с головой было нормально. Потому, что у той, про которую ты мне сейчас рассказываешь, с головой явно проблемы.
До появления Марины его жизнь протекала вполне размеренно. Работа. Дом. Пару раз в неделю – спортзал. Иногда пьянки или случайные половые связи. Иногда и то, и другое в одном флаконе. Ни на одну женщину он серьезно не залипал. Развод с женой остался в далеком прошлом. А эта женщина словно поглотила его целиком, подчинила себе, и он ничего не мог с этим поделать.
 - Хорошо, вот ты говоришь, не залипай. Но что делать, если я на нее уже залип?
 - Зачем ты все усложняешь? Ты переспал с ней? И все. Представь, что это был курортный роман. Забудь ее и не парься.
Послушать Горбунова, так все его проблемы не стоят выеденного яйца. Думай только о хорошем, не думай о плохом, и тогда у тебя все будет чудесно. Вроде бы, все правильно, и хочется этому верить. Но только почему-то это все не работает, да еще и вызывает внутренний протест. Словно разговариваешь с человеком, и говорит он все правильно, но только ты нутром чувствуешь, что где-то он говорит неправду, и эта маленькая ложь нивелирует все сказанное.
Запах с кухни вызвал определенные опасения. Горбунов пошел туда и успел как раз вовремя. Вся вода в кастрюле выкипела, и пельмени слиплись в один братский ком. Еще немного, и они бы сгорели, а так оказались вполне съедобны. Тем более, что алкоголь притупляет пищевые рецепторы. Может, поэтому его употребляют «для аппетита». Разговор плавно вернулся к наболевшей теме.
 - А знаешь, что это может быть? – неожиданно сказал Горбунов.
 - Что?
 - Я думаю, она вообще таким образом решила тебя проверить. Дала, потом пропала, потому что решила посмотреть, как ты будешь на это реагировать.
 - Ну, и зачем ей это нужно?
 - Как это зачем? Хочет тебя прогнуть. Чтобы ты оказался в позиции «снизу». Под ней. Сейчас женщины психологически очень подкованы. Они играют в свою игру. Комбинируют. Думают на несколько ходов вперед. Как Фишер или Каспаров.
 - И что же мне теперь делать?
 - Главное – не суетиться и не делать резких движений. Ты про тотальный игнор что-нибудь слышал?
И, получив отрицательный ответ, Горбунов стал просвещать Антона по части психологии современных девушек. Тотальный игнор. Дистанцирование. Баланс значимости. И прочие термины, придуманные психологами - специалистами по отношениям.

Кабинет Натальи отдаленно напоминал операционную. Отдаленно – потому, жалюзи были задвинуты, и нигде не горел свет. Впрочем, вампирам свет и не нужен. Наталья протянула Жоре черный шарик размером с лесной орех.
 - Ты у нас самый стрессоустойчивый. Если увидишь, что ей совсем плохо, засунь ей в рот.
 - Спасибо за доверие, мамуля.
 - Всем остальным – делайте то, что я скажу.
Свернувшись калачиком, Софья Карловна лежала на столе, вокруг которого стояли остальные члены вампирского семейства. Наклонившись к ее уху, Наталья принялась шептать заклинания. Старушка зашевелилась. Перевернулась на спину. Чуть приподнялась. Открыла глаза. Прислушалась. Села на столе, и вдруг резко вздрогнула.
 - Кто здесь? Зачем ты сюда пришел? Уходи немедленно. Слышишь, что я сказала? Уходи, или у тебя будут неприятности? Ты что, не понял?
Она говорила это властно и требовательно, как человек, привыкший отдавать приказы. А еще Марине показалось, что голос, вроде бы, не ее. Когда ее со всеми знакомили, у старушки был другой голос. Или это от стресса?
 - Нет. Не подходи ко мне. Ты пожалеешь об этом.
Теперь в ее голосе чувствовался испуг. Она попятилась, но уперлась в стену. Выставила руки перед собой, словно защищаясь.
 - Не подходи. Не смей.
Она принялась что-то чуть слышно шептать. Заклинания – догадалась Марина. Замахала руками. Глаза, казалось, вот-вот вылезут из орбит.
 - Нет. Нет. Не надо. Нет. Помогите! Люди! Помогите! На помощь!
Софья Карловна резко бросилась в сторону. Потом в другую. Упала. Попыталась встать и не смогла. Она больше не кричала. Пыталась крикнуть, но у нее не получалось. Со стороны все выглядело так, словно кто-то невидимый навалился на нее, не давая встать, и закрывал ей рот, не давая крикнуть. Старушка отчаянно сопротивлялась. Кажется, она даже попыталась укусить невидимку. Потом стала задыхаться. Ее движения делались слабее. Марина посмотрела на Жору. Тот стоял и смотрел, примерно так же, как некоторые мужчины смотрят футбольные матчи или поединки бойцов ММА. А вдруг он забудет? Видимо, то же самое подумала и Настя. Но Жанна придержала девочку.
Старушка дернулась и обмякла. Из последних сил что-то прохрипела, и ее дыхание прервалось. Дернулась раз. Потом другой. Все, кроме Жоры, бросились к ней. Ну и выдержка у этого парня. Или он ловит кайф, глядя на страдания других?
 - Жора! – отчаянно закричала Настя.
 - Да, сейчас.
Мгновенно оказавшись возле неподвижно лежавшей бабушки, Жора принялся разжимать ей зубы. Ну, да, попробуй еще разжать зубы вампира. О, нет. Кажется, об этом никто не подумал. Присев рядом, Марина принялась помогать. Это было сложнее, чем разжать зубы бульдогу. Мы же ее теряем – с быстротой молнии промелькнуло в голове.
Наталья Васильевна шептала заклинания, но, кажется, это нисколько не помогало.
 - Бабушка, не уходи! – закричала Настя.
 - Дайте кто-нибудь нож! – отчаянно взвыл вампир, и она с ужасом подумала, что никто не подумал про нож.
И тут ей удалось просунуть ведьме в рот два пальца. Она надавила вниз, Жора потянул вверх, и кое-как протолкнул шарик в рот. Клацнув зубами, казавшаяся мертвой старушка укусила своего спасителя. Откушенный указательный палец упал на пол. Жора закричал Средний палец, неестественно вывернувшись, держался на лоскутке кожи.
Тем временем, Софья Карловна стала дышать. Потом открыла глаза. В них читался сильнейший ужас.
 - Бабушка, все нормально, ты дома – уверяла ее Настя.
Жанна влила ей в рот зелья из кружки. Старушка немного успокоилось.
 - Ой, и что мне это сейчас приснилось.
 - Потом расскажешь – сказала глава семейства. И тут же прикрикнула на Жору.
 - Прекрати орать!
 - Она же мне пальцы откусила!
 - Терпи. Ты же мужчина. Марине она ноготь сломала, и ничего, не ноет.

[Нерон]

Допрос потерпевшей вела Наталья.
 - Он вошел в комнату. Посветил фонариком. Набросился на меня, и стал душить.
 - Чем душить? Руками? Удавкой?
 - У него была какая-то веревка.
 - Ты его запомнила?
 - Не очень. Там было темно. Узнаю, только, если увижу вблизи.
Марина поняла. Софья Карловна смотрела на происходящее глазами жертвы, и видела все не очень отчетливо. Возможно, потому, что было темно. А может, из-за того, что у той ведьмы имелись проблемы со зрением?
 - Какой он был?
 - Низенький, узкоплечий, щуплый. Но жилистый. Лицо худое.
 - Он как-то тебя называл? Может, говорил что-нибудь?
 - Ничего не говорил. И глаза у него были какие-то, как стеклянные.
 - Может, попробуем сделать фоторобот? – предложил Жора.
Его правая рука висела на перевязи. Пока Софья Карловна приходила в себя, Наталья Васильевна пришила ему оба пальца. Оставалось только дождаться полного заживления.
 - Позже сделаем. И придется привлечь твоих друзей – полицейских.
 - Слушаюсь, мамуля. Только потом не ругайся, если унюхаешь у меня алкоголь. Сама понимаешь, в нашей работе совсем без алкоголя никак. Приходится работать не только головой, но и печенью.
 - Только ты, пожалуйста, печенью работай в разумных пределах. А то потом твои проблемы решать. Сколько времени было?
 - Не знаю. Было очень темно.
 - И за окном тоже?
 - Да. Непроглядная тьма.
 - А что там располагалось за окном? Может, какой-то ресторан или магазин? Или заводская труба?
 - Не помню я ничего такого. Дома, вроде.
 - Дома какие? Многоэтажки? Хрущевки? Частный сектор?
 - Нет, не частный сектор. И сколько этажей, не знаю. За окном росло дерево.
Старушка оживилась.
 - Форточка где-то скрипнула! За стенкой. Он залез через форточку!
 - Похоже, там не первый этаж – сказала Марина – был бы первый этаж, она бы попробовала выпрыгнуть в окно. И окно, видно, старое. В современных стеклопакетах обычно нет форточек. Он бы просто так не пролез. Потребовалось бы разбивать стекло.
Наталья одобрительно кивнула.
 - Узнать бы, что было в комнате.
 - Что было в комнате? Любые детали важны.
 - Кровать, стол. Книжный шкаф у стены. Трюмо. Я не успела все рассмотреть. Он пошел на меня, я отошла к стенке…
 - Успокойтесь. Все уже позади. Настя, дай бабушке настойки.
Наталья посмотрела на Жанну, потом на Марину.
 - Значит так, девочки, сейчас я вам дам список. Кто живет в частном доме, из него вычеркнем. До ночи нужно успеть всех объехать.
 - Может статься, что мы не успеем – сказала Жанна.
 - Нужно успеть. Будем созваниваться. Если что, отправлю Жору с Олегом.
 - Я в том смысле, что ее уже могли убить.
 - Пока будем считать, что еще не убили. Но времени осталось впритык.
 - У кого? У нас или у убийцы? – пошутил Олег.
 - Не умничай – прикрикнула на него Наталья – Все, девочки, давайте, вперед, по машинам. Если выяснится что-то еще, я вам позвоню.